В глаза домов Краснокустовских сёл и деревень взглянули мучкапские журналисты

Краснокустовский теротдел стал предпоследней точкой нашего маршрута по поиску деревянных наличников. Мы уже побывали во всём округе и теперь ехали сюда без споров «а куда дальше?». Казалось, осталось только посмотреть дома, найти деревянное кружево, записать информацию… Но в таких местах так не работает. Сначала замечаешь окно, потом спрашиваешь о мастере, а через десять минут уже стоишь посреди улицы и слушаешь множество историй.

Эти местные деревни и сёла когда-то связывал совхоз «Мучкапский». А до него — их помещичье прошлое, ведь все они когда-то были чьими-то владениями. Теперь же улицы и дома соединяет дорога, по которой всё чаще едут не в гости, а за воспоминаниями. Вот и мы приехали в поисках старых наличников. Но нашли людей, способных по памяти восстановить прошлое.

Сабурово — ворота в совхоз «Мучкапский»

Сабурово (Березовка 2-я) — старое село, которое принадлежало помещику Сабурову, отчего и получило своё название. А до него оно именовалось Андреевкой, в честь другого владельца. Оно когда-то было центром прихода, куда в каменную церковь приходили жители окрестных деревень. Здесь же появился и первый сельсовет, в который входил даже Красный Куст.

Село разрезает овраг посреди степи. Почему люди поселились именно здесь, жители спорят до сих пор. Кто-то утверждает, что крестьянам досталась самая непригодная земля, хотя вокруг хватало целины. Другие же считают, что овраг был не помехой, а даже преимуществом, ведь из него легче было добывать воду.

Сегодня Сабурово опустело. Здесь проживают 18 человек, из которых лишь один коренной житель — Нина Ивановна Данилова. Но она помнит родное село совсем другим: вначале 1980-х женщина ходила по селу переписчиком населения , и тогда здесь жили не меньше двухсот человек. Работали восьмилетняя школа, клуб и библиотека.

Сегодня бурьян подступил к домам, в зарослях развелось много змей, и лопата стала «лучшим другом» Нины Ивановны — надо же чем-то отбиваться от гадюк.

— Я одна в этом порядке. Выхожу на улицу — глушь одна. Скучно, конечно. Людей стало мало, — говорит она.

Разговор с ней о деревянном кружеве привёл к неприметному дому Василия Корягина, на котором красуются наличники его изготовления.

— Сосед работал строителем в совхозе «Мучкапский», сам возвёл дом и делал наличники. Успел пожить в Ашхабаде, а потом и вовсе перебрался в Кемеровскую область, где и дожил свой век, — поделилась Нина Ивановна.

Смотрим на окна. Не андриановская и не краснояровская резьба, но это запоминающийся след мастера, который делал окна для себя и соседей. И вряд ли Василий Корягин думал, что когда-нибудь кто-то целенаправленно приедет посмотреть на плоды его творчества — резные наличники.

И в целом найденные экспонаты здесь как индикатор состояния села: все они старые с незатейливыми деталями и выцветшей краской. Но их ценность не в богатом декоре, а в том, что это подлинная деревенская застройка, которая хранит память о прежнем облике Сабурово.

Здесь хорошо видна старая планировка владельческого села: дома стоят одной стороной улицы, а напротив располагаются хозяйственные постройки, летние кухни и бани.

На выезде из Сабурово расположена улица Молодёжная, где находятся большие коттеджные дома, построенные для работников совхоза. В них живут уроженцы Красного Куста. Среди опустевшего и угасающего старого села они выглядят совершенно отдельным и отстранённым поселением.

Родионовка — младшая сестра Сабурово

От Сабурова до Родионовки всего лишь около километра. Раньше эти места были почти одним селом.

Родионовку основали в 1798 году крестьяне князя Гагарина, землю которому подарил император Павел I. Позже жители её выкупили.

В отличии от других здешних деревень, оно носит имя не барина, а первого поселившегося здесь крестьянина, которого звали Родион.

В Родионовке не было ни школы, ни церкви, ни клуба. Дети ходили учиться в Сабурово, там же молодые люди женились и выходили замуж, ездили друг к другу в гости. Но престольные праздники отмечали разные: в Сабурове — Казанскую, в Родионовке — Дмитриев день  (в честь великомученика Дмитрия Солунского. Именно в его честь сегодня освящён молебный дом в Красном Кусте).

Здесь даже одинаковый рельеф местности, в честь чего и названа единственная улица в деревне — Овражная.

Теперь здесь остался один жилой дом, ещё около двадцати стоят заброшенными. Мы хотели подойти к старым окнам и поискать наличники, но не рискнули, опасаясь змей.

Можно спорить о том, что исчезает первым — деревня или дорога к ней. Для Родионовки ответ очевиден — дома стоят, но подступиться к ним непросто.

Родионовские выселки — деревня, которая «переехала»

Сегодня Родионовские выселки — часть Красного Куста, она как отдельная улица для крупного соседнего посёлка. Прежде деревня стояла в лесу, примерно в трёх километрах западнее. То место называют Выселками, а заканчивалась улица у «Кудрявой берёзы», знакомой каждому жителю.

Когда начали строить колхоз «Молодость», сельчане переселились на нынешнее место и возвели однотипные дома из нижнечуевского кирпича. Вот только земля оказалась непростой: из-за высоких грунтовых вод весной заливало погреба, а в колодцах вода поднималась почти до поверхности. Поэтому дома здесь без фундаментов и… в основном без наличников.

Местный житель Анатолий Макеев помнит, что в его юности в Родионовских Выселках жили 68 человек, теперь осталось восемь. Он по памяти называет имя за именем, словно проходит по старой улице и здоровается с каждым.

И оказалось, что его отец — Иван Михайлович — вырезал наличники.

— Он был мастером пилорамы в совхозе, а позже стал прорабом. Делал рамы и наличники. И даже мог раму сделать с помощью одного топора. Но здесь не осталось его изделий, — рассказывает Анатолий.

Вот и всё, что осталось от работы мастера — лишь слова сына.

Красный Куст: от хутора до совхоза

На въезде в Красный Куст стоит самая красивая стела в округе. Конструкция украшена лепными барельефами с орнаментами, оформленными  в стилистике советского классицизма.

Официально посёлок ведёт свою историю с 1923 года, но за 70 лет до этого здесь уже был хутор под названием Красный.

Казалось бы, типичное имя для советского строя, но с ним связана горькая легенда. Местные рассказывают, будто помещик бил крестьян кнутом, а их кровь окрашивала кусты. Кто был этот помещик, и было ли так на самом деле — неизвестно.

— Раньше вся эта земля принадлежала князю Гагарину, а хозяйством управлял поляк Воцлав Людогович. Тут росли его яблоневые сады, из плодов которых делали вино. Позже Красный Куст стал первым совхозом в Мучкапском округе. И сюда приехали работать и жить из соседних районов. И понятно почему: ведь если в колхозах работали за «палочки», то есть за трудодни, а совхозе платили зарплату, — рассказал местный житель Николай Паршенков.

Поэтому у многих жителей старшего поколения в паспорте местом рождения значится «совхоз Мучкапский», а не Красный Куст.

В советские годы здесь были крупная ферма и птицефабрика. Половина домов — совхозные коттеджи и кирпичные пятистенки для рабочих, и лишь меньшая часть построена из дерева. Поэтому нас не удивило, что здесь почти что отсутствуют элементы деревянного зодчества.

Больше всего старых наличников сохранилось в домах по улице Лесная — самой старинной в посёлке. У них общий рисунок с зубчатой кромкой сверху и ромбовидными накладками по бокам. Но даже эти последние деревянные окна меняют на пластиковые, уничтожая резной «почерк» Красного Куста.

Викторовка — деревня, которой нет

Викторовка давно исчезла. Уроженцы деревни помнят её цветущей: сады у домов, чистые пруды с рыбой, зелёные улицы. Здесь было отделение птицесовхоза, в котором разводили уток.

Житель Красного Куста Виктор Иванович Евдокишин провёл здесь детство.

— За садами ухаживала бригада, которой руководила Антонина Тишина, а к прудам на отдых приезжали со всей округи. Потом за плотинами стало некому следить и пруды исчезли. А затем и вовсе там случился пожар, — рассказал мужчина.

Некоторые уроженцы Викторовки не хотят сюда возвращаться, потому что в памяти она осталась прекрасным местом, и им не хочется видеть нынешнее запустение.

Добринка — скрытая от внешнего мира

Добринка стоит в стороне от больших дорог. В глаза сразу бросаются крупные кирпичные дома старой постройки, в которых живут 32 человека.

В близи находится овраг «Калымас», где когда-то в царские времена работал кирпичный завод. По всему Краснокустовскому теротделу до сих пор находят кирпичи с буквами «К.Г.» — князь Гагарин. Отсюда и такая застройка.

Добринка будто скрыта от внешнего мира. Люди здесь живут тихой и спокойной жизнью. Как рассказывают жители соседних сёл, добринцы жили зажиточно, а местные всегда стояли друг за друга.

— Жили на отшибе, поэтому жёсткие налоговые условия советской власти их почти не затронули. Сосед соседа не предавал. Трудолюбивые люди очень были, — так говорят о них в Красном Кусте.

Хоть жизнь здесь не самая лёгкая, жители любят свою деревню.

— Пока есть силы, я здесь останусь и не покину Добринку. Когда приходится куда-то уехать по делам, например в Москву, я всегда со слезами на глазах оставляю дом, — говорит жительница Ольга Стасенко.

В этой деревне, как и в принципе во всём Краснокустовском теротделе, наша аксиома — чем дальше от цивилизации, тем больше наличников — дала сбой. Удалось найти только два экспоната, истории о которых никто не смог рассказать.

Петровское: на краю стою

Петровское врезается клином в массивы соседнего Уваровского округа. Здесь степные просторы встречаются с густыми и сказочными лесами, а Ворона петляет в своих берегах, храня вековую тишину.

Петровское чувствуется местом, пропитанным древностью. Оно очаровывает природой, но стоит обернуться и взглянуть на заброшенные дома, как увиденное приводит в чувство, словно нашатырь. Людей мало, нежилых домов много, а несколько лет назад случился пожар, уничтоживший  11 построек.

Когда-то село называлось Кошелево. По легенде, барин Петров выиграл его в карты у помещика Кошелева.

При царе здесь работал винный завод графа Некрасова. Были и кирпичный завод Гагарина, и водяная мельница, множество ветряных, и в целом село было зажиточным.

В таких поездках большая удача повстречать местного летописца, и здесь нам повезло познакомиться с Владимиром Кондрахиным. Он,  кстати, показал нам этикетки для бутылок столового вина с того самого завода, которыми  обклеивали тогда  старые сундуки. Вино делали для императора Николая II, а на эмблеме написано: «К его императорскому столу». Сам завод ещё до революции демонтировали и перевезли в Инжавино.

— Мой дед рассказывал, что Некрасов был хорошим человеком и петровцы его любили. Когда он умер,  его с Обловки на руках несли сюда хоронить бывшие рабочие завода. Здесь ему стоял литой красивый памятник  с неугасимой лампадой. Раньше здесь очень много народа жило. Например, моя прабабка Пелагея родила 23 ребёнка, из них 19 мужиков. На них давали землю, и все они были кузнецами, отсюда и их уличная фамилия — Мастеровы. Священник даже запутался в именах и назвал одного из детей Сёмкой, а у них уже был сын Семён, — рассказал Владимир Кондрахин.

Супруга Владимира Татьяна Ивановна, вспоминая, показывает:

— Вот там была улица, вон туда ещё тянулись дома до самой речки… А в этой стороне был порядок «Кривой», где жило тридцать семей. Сейчас там только ямы от погребов.

Здесь же находится живописное озеро Ильмень, на котором обитают много лебедей. Местные жители слышат, как громко они хлопают крыльями, улетая по своим «лебединым» делам.

И слушая такие завораживающие истории, можно позабыть о цели экспедиции. Но от кирпичных домов мало что можно ожидать, поэтому больших находок среди наличников здесь нет.

Эта поездка тронула многих местных жителей. Им было важно, что мы записывали их рассказы и интересовались историей сёл и деревень. Многие сожалели, что сами не успели расспросить старожилов о прошлом своих населённых пунктов.

Да, здесь не удалось найти много наличников, если сравнивать с другими селами. Но разве это главное? Оказалось, куда ценнее было узнать, чему радуются и о чём скорбят жители бывшего совхоза «Мучкапский». Может быть, это и есть наше «Окно в историю» — найти и сохранить не только наличники, но и собрать драгоценные крупицы воспоминаний старожилов.